Апелляционный суд США впервые решил, законно ли учить ИИ на чужих текстах, — и встал на сторону правообладателя. Третий округ (это апелляционный суд в Филадельфии) 29 сентября оставил в силе решение против стартапа Ross Intelligence: та обучала систему юридического поиска на аннотациях Westlaw и тем нарушила права Thomson Reuters. Это первый в истории вердикт апелляционной инстанции по «ИИ-обучению» — на фоне десятков похожих исков он сразу стал ориентиром.
В Thomson Reuters решением довольны: по словам представителя компании, уважение к авторскому праву — условие, без которого честная ИИ-индустрия невозможна. Любопытная деталь: сам текст решения сначала вышел под грифом, и полную мотивировку раскрыли лишь на следующий день.
Аннотации оказались под защитой
Что это за аннотации? Это короткие выжимки сути правовых вопросов — их для Westlaw пишут живые редакторы. Суд посчитал, что такие выжимки достаточно оригинальны, чтобы попасть под охрану авторского права. А вот сослаться на добросовестное использование Ross не смогла.
Логика суда проста: компания копировала эти тексты ровно для того же, для чего существует и Westlaw, — чтобы находить нужные дела, — то есть собирала прямого конкурента и ничего принципиально нового не создавала. Юридически это и значит «нет преобразования» (transformativeness). В сумме, как разбирает профильное издание, из четырёх критериев fair use против Ross сыграли три, причём оба решающих — цель использования и удар по рынку правообладателя.
Дверь закрыли, нашли окно
А как Ross вообще заполучила аннотации, если Westlaw — её прямой соперник? Напрямую в доступе ей отказали. Тогда компания зашла с другой стороны: наняла посредника LegalEase, и уже тот собрал для неё обучающие данные. Масштаб, к слову, вышел крошечный — в деле фигурировали лишь 2243 аннотации из 28 млн в базе Westlaw, то есть всего 0,08%. Самой Ross давно нет: стартап закрылся ещё в 2021-м, не выдержав тяжбы.
Иск, к слову, Thomson Reuters подала ещё в 2020-м, так что спор тянется не первый год. И всё же прецедент важный — хотя и узкий. Копирование было почти дословным, а система Ross не была генеративной: она ничего не сочиняла. Значит, главный вопрос эпохи — можно ли так учить чат-боты — остаётся открытым. Сдаваться Ross не намерена и собирается в Верховный суд.
Почему это ещё не финал
Насколько далеко бьёт прецедент? Сам суд приземлил ожидания, назвав спор «обычным делом об авторском праве», и в сноске прямо отделил его от «генеративных» процессов — вроде исков к OpenAI и Anthropic. Так что для чат-ботов, создающих новое, вывод напрямую не переносится.
Есть и критики: в правозащитной коалиции Re:Create предупреждают, что суд опасно расширил понятие рыночного вреда, и если засчитывать даже гипотетический рынок лицензий на ИИ-обучение, то любой правообладатель сможет заявить, что «продал бы» ровно то использование, из-за которого судится. Как это аукнется большим делам — покажет уже Верховный суд, если тот возьмётся за жалобу Ross — а до тех пор вывод останется локальным.
Ничего нового — значит, не fair use
Ключевым стало отсутствие преобразования. Ross использовала аннотации ровно для того же, для чего их создавала Westlaw, — чтобы искать нужные дела. А «добросовестное использование» по американскому праву держится в первую очередь на том, создаётся ли из чужого материала что-то новое, с иным смыслом и назначением.
Здесь — не создавалось: тот же контент, та же функция, только под вывеской конкурента. К этому добавился и удар по рынку правообладателя. Из четырёх критериев fair use против компании сыграли три, и среди них — оба самых весомых: цель использования и влияние на рынок. Когда главные факторы против тебя, выиграть спор о fair use крайне трудно.
Для генеративных моделей это решение меняет мало — и суд сам это подчеркнул. Система Ross ничего не сочиняла: она просто копировала чужие тексты, чтобы выдавать ссылки на дела. Чат-боты же устроены иначе — они, по крайней мере в теории, создают новое, а значит, у них есть шанс пройти тест на «преобразование», который Ross провалила.
Показательно, что в деле Anthropic суд как раз счёл обучение модели добросовестным, сочтя его трансформативным. Отсюда и осторожность юристов: прямого ответа на вопрос «можно ли учить чат-боты на чужом» это решение не даёт. Оно скорее очерчивает край — случай, когда копируют почти дословно и без всякого творческого переосмысления.
Самое дальнобойное в решении — не про Ross, а про рынок. Суд, по данным Courthouse, признал: у правообладателя есть самостоятельный интерес лицензировать свои тексты именно под обучение ИИ — и этот «несостоявшийся» рынок учитывается при оценке ущерба. Если так, то забрать чужой контент под обучение «бесплатно» становится труднее даже там, где нет дословного копирования. Но ровно здесь — и главная уязвимость логики.
Критики замечают: если засчитывать любой потенциальный рынок лицензий, круг замыкается — выходит, правообладатель всегда может сказать, что продал бы именно то использование, за которое судит. Где проходит граница между реальным ущербом и воображаемым — предстоит решать уже следующим судам, и цена вопроса огромна.
